Andrew Black (trenos) wrote,
Andrew Black
trenos

Categories:
  • Location:
  • Music:

КОММУНИКАЦИЯ И ЦИВИЛИЗАЦИЯ

КОММУНИКАЦИЯ И ЦИВИЛИЗАЦИЯ
Социальные сети выстроены так, чтобы потреблять и передавать сконцентрированные знаки, одновременно насыщенные информацией и полностью от неё освобождённые. Характерна фраза «мыслителя» Александра Барда, написавшего в 2000 стандартный бестселлер «NETОКРАТИЯ», как всегда обещавший перевернуть мир: «Печатный станок породил в Европе религиозные войны, а без радио не было бы Сталина и Гитлера. Любая революция в коммуникациях порождает новый виток насилия, и Интернет вряд ли станет исключением».
Фраза хлёсткая, но неоднозначная.
Безусловно, печатный капитализм, описанный Бенедиктом Андерсоном, являлся важнейшей причиной Реформации. Но далеко не единственной. И уж точно не всё определяющей – не менее важен сам корень претензий городской буржуазии к феодалам, который, никто этого не отрицает, формировался с помощью печатной продукции. Есть и важные частности. К примеру, «95 тезисов» Лютера были написаны от руки и первоначально разошлись по Европе в рукописном варианте. Безусловно, тезис про печатный станок хоть и патетичен, но верен. Также и с тоталитаризмом ХХ века, который стал возможен лишь при абсолютном контроле коммуникаций со стороны власти.
А вот с тем, что революция коммуникаций неминуемо порождает большую кровь, отнюдь ничего не ясно. Что, до Мартина Лютера, первой персонифицированной лит-звезды Европы, регион не потрясали религиозные войны? Да католики века с XI регулярно сражались с еретиками, когда о печатном станке никто и не слышал. Взять те же южные города Франции, Германии или северную Италию. Там, где богатые города, там всегда возникали какие-то ереси, пытающиеся оспорить гегемонию Рима и социальные отношения феодализма. Или невероятное движение гуситов в Чехии, которое отбило пять (!) крестовых походов? Страшная бойня закончилась ещё за десятилетие до того, как Иоанн Гуттенберг впервые применил печатный станок (1440-е). То есть кровавые религиозные войны бушевали в Европе и до печатного слова. Правда в том, что только с его появлением мятежники впервые смогли эффективно мобилизовать свои силы и что-то противопоставить католицизму. Но станок здесь лишь средство. Причина, разумеется, глубже – вырос новый мир городов, которые и заявил о себе.
Или к какому насилию привёл коммуникационный переход от свитков к формату книги? А ведь это не менее революционный для человечества скачок, чем радио или печатный станок. Ведь свиток необходимо читать с помощью двух рук, а книга (если не брать в расчёт огромные месопотамские фолианты и т.п.) позволяет высвободить руки. Соответственно, можно параллельно делать записи или одновременно работать с несколькими книгами. Поэтому, когда во II в. н.э. широко распространяется кодекс (букв. ствол дерева, т.е. формат книги с деревянным переплётом), то уже к 400 году н.э. свиток вытесняется из обихода. Книги из пергамента располагали к интеллектуальному творчеству: можно было писать на обеих сторонах страниц; оставлять «на полях» поясняющие записи; делать закладки; объединять под одной обложкой несколько текстов; пользоваться меньшим размером, но большим объёмом текста, который, к тому же, лучше сохранялся; писать на свитке можно было только положив его на что-то твёрдое; чтобы найти какое-то место в свитке, требовалось полностью его развернуть, а в книге можно было открыть отдельную страницу и т.д. Всего этого делать со свитком было нельзя, либо это было делать неудобно. Да вот даже сам формат произведений изменился. Мысль стала иначе записываться. Почему «Илиада» и «Одиссея» были разделены на двадцать четыре песни? Скорее всего, как пишут некоторые авторы, из-за формата свитка. Одна песня как раз умещалась в один свиток.
Кстати примечательно, что мы сегодня в каком-то смысле вернулись к знакомому свитку – даже сейчас вы читаете именно свиток, лениво прокручивая колёсиком текст. Что вдвойне примечательно, человек снова утратил способность к написанию осмысленных комментариев. Шутка. Нет, не шутка.
Но, всё-таки, какой виток насилия породил переход от свитков к книгам? Конечно, если покопаться в историках, то можно наскрести некие взаимосвязи. Пергамент (основа для книг) стал широко известен со II века до н.э., а ведь это как раз конец Осевого времени по Карлу Ясперсу, когда мифологические системы древности ушли, а на их место пришло то, что создало современность – «философско-рационалистическое» мировоззрение. И формат книги стал его проповедником, собственно, той самой агрессивной «религией книги», что пролила так много крови. Та же Библия специально переписывалась в формате книги, а не свитков, чтобы зримо отличаться от писаний язычников или семитов. Но это ведь, как минимум, странная взаимосвязь. Напомним, что религиозные войны были в Европе и до печатного станка, а тот же Солнцепоклоннический переворот в Египте случился, когда папирус ещё вовсю склеивали в свитки. Это, кстати, тоже удивительная тема: в середине II тысячелетия до н.э. фараон Эхнатон установил в Египте что-то вроде языческого единобожия. Со всей вытекающей отсюда катавасией.
Или давайте рассмотрим ещё один невероятно важный коммуникационный скачок – это переход от чтения в слух, как читали на протяжении большей части истории человечества, до чтения про себя, молча, как мы это делаем сейчас. К какому витку насилия это привело? Тоже ведь с ходу не разберёшься.
Здесь отнюдь не представлена попытка опровергнуть тезис Александра Барда. Просто с помощью самых поверхностных знаний и без особого углубления мы приходим к крымскому замечанию: «Не всё так однозначно». И, разумеется, речь не о том, что принесёт нам Сеть – унылое рабство сердечек или Революцию. Это отдельный вопрос. Смысл в том, что сегодня нужно быть как можно более меметичным. В этом секрет успеха. Иначе ваша мысль так и засохнет в гетто интеллектуалов и не разнесётся по социальным сетям. Но меметизация неминуемо тянет за собой примитивизацию.
Упрощение. Потому что в понятное пользователям утверждение: «Любая революция в коммуникациях порождает новый виток насилия» не впихнёшь на хрен никому не нужные рассуждения о коммуникационном переходе свиток-книга, который напрямую породил не масштабное насилие, а масштабную культурную эволюцию.
С появлением компьютерных свитков, задающих объём послания не менее жёстко, чем древние скрижали, мысль опять подстраивается под формат. «Twitter» ограничил публичные сообщения 140 знаками, а размер заметки «ВК» не должен превышать 15895 знаков. Добро пожаловать в чирикающую социологию и философию, где в двух-трёх ироничных и безапелляционных предложениях вам объяснят то, что происходит вокруг. А как факультатив – смешная картиночка с Деррида, чтобы никто не подумал, что мы тут всерьёз. Засмеют же.
Про сетевую же Революцию, о которой так много говорят, можно ответить ещё одним очень метким мемом:
«Чем сильнее ваши репрессии, тем яростней будут наши картинки!».
Tags: Европа, искусство, история, книги, критика, культура, литература, наука, образование, общество, технология, философия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments